Великие мистификации: Фаберже от Мони

Звали его Михаил Монастырский. Поработав реставратором в Эрмитаже, решил Миша поставить дело на широкую ногу. И замахнулся сразу на Фаберже. И то – чего мелочиться-то?

Набрал классных ювелиров (на госслужбе-то копейки платили), надыбал где-то каталогов Фаберже, организовал скупку драгметаллов и камней – в общем, подошел к делу по хозяйски. 

И дело пошло. Некоторые поделки даже поместили в Эрмитаж и Оружейную палату. А по поводу одной фигурки, задержанной на таможне,  специалисты дали такое заключение: «Представленная ювелирно-камнерезная фигура имеет большую художественную ценность и вывозу из СССР не подлежит».

Спрашивается, зачем нам ихний Фаберже, если у нас свой есть? Так нет же, кому-то не давали покоя Мишины лавры. И деньги, разумеется.  При попытке вывезти из страны две фигуры Мишиного производства вывозильщик был задержан за контрабанду. К делу подключилось КГБ.

Отсидев положенные 5 лет, Миша пошел в депутаты Госдумы. Но как-то не пошло у него это: снайпер застрелил его помощника, а дело повесили на него. И пришлось ему срочно двигать в Швейцарию. В итоге, конечно, он погиб в автокатастрофе. Но это уже проза.

А поэзия в том, что в наших музеях стоит неизвестное количество продукции «Фальшберже».  Мы ими любуемся, языком цокаем.  

Экскурсоводы взахлеб рассказывают о мастерстве художников-камнерезов. И мы млеем.
С другой стороны  - какая разница? Если мы не в состоянии отличить оригинал от подделки – любуемся и не вякаем.  Может, если бы не подделки, и любоваться нечем было. Да и кто его знает, может, и Фаберже никакого и не было. А был у них такой же Майкл…

21 сентября 2016 г.
Александр